Большая Экономическая Библиотека    Книга "Деньги"    Золото вместо денег    Авторам и читателям    Контакты
научные статьи:   этнические потенициалы русских, украинцев, американцев и др. народов мира    теория проихождения росов и русов    циклы и пути национализма, патриотизма и сепаратизма    государственные идеологии России, Украины, ЕС и США   
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Эта же типика избавляет также от мистицизма практического
разума, который то, что служило лишь символом, делает схемой, т. е.
действительные и тем не менее нечувственные созерцания (невидимого царства
божьего) подводит под применение моральных понятий и заблуждается в
запредельном. К применению моральных понятий подходит лишь рационализм
способности суждения, который от чувственной природы берет только то, что и
чистый разум может сам по себе мыслить, т. е. законосообразность, и в
сверхчувственную природу привносит только то, что, наоборот, может быть
действительно показано через поступки в чувственно воспринимаемом мире по
формальному правилу закона природы вообще. Впрочем, предохранение от
эмпиризма практического разума гораздо важнее и более рекомендуемо, так как
мистицизм все-таки еще согласуется с чистотой и возвышенным характером
морального закона; кроме того, не так уж естественно и свойственно
обыденному способу мышления напрягать свое воображение до сверхчувственных
созерцаний; стало быть, опасность с этой стороны не столь велика; эмпиризм
же с корнем вырывает нравственность в образе мыслей (именно в нем, а не в
одних лишь поступках заключается то высокое достоинство, которое
человечество этим путем может и должно приобрести себе) и вместо долга
подсовывает ей нечто совершенно другое, а именно эмпирический интерес, с
которым склонности вообще имеют дело; кроме того, эмпиризм именно поэтому
[связан ] со всеми склонностями (какого бы характера они ни были), которые,
если они возводятся в степень высшего практического принципа, приводят
человечество к деградации; тем не менее эти склонности очень удобны образу
мыслей всех; вот почему эмпиризм гораздо опаснее всякой экзальтации
(Schwarmerei), которая никогда не может быть продолжительным состоянием
многих людей.
(1) Кроме того, выражение sub ratione boni также двусмысленно. В самом деле
оно может означать: мы представляем себе нечто как доброе, если и потому
что мы этого желаем (хотим); но оно может также означать: мы желаем этого
потому что представляем его себе как доброе; так что или желание есть
определяющее основание понятия объекта как доброго, или понятие доброго
есть определяющее основание желания (воли); таким образом, выражение sub
ratione boni в первом случае означало бы: мы хотим чего-то, руководствуясь
идеей доброго, а во втором - вследствие этой идеи которая должна
предшествовать ведению как определяющее основание его.
(2) Различие понятий (и терминов), отмеченное здесь Кантом для немецкого
языка, не существует в столь резком виде в языке русском. Поэтому, хотя в
дальнейшем немецкий термин Wohl передается всегда русским "благо", das
hoshste Gut переводится как "высшее благо" - без указанной Кантом
дифференциации.

Глава 3

Суть всякой нравственной ценности поступков состоит в том, что моральный
закон непосредственно определяет волю. Если определение воли хотя и
совершается сообразно с моральным законом, но только посредством чувства,
каким бы ни было это чувство, которое надо предположить, чтобы моральный
закон стал достаточным определяющим основанием воли, следовательно,
совершается не ради закона, - то поступок будет содержать в себе
легальность, но не моральность. Если под мотивом (elater animi) понимают
субъективное основание определения воли существа, чей разум не необходимо
сообразуется с объективным законом уже в силу его природы, то отсюда прежде
всего следует, что божественной воле нельзя приписывать какие-либо мотивы,
а мотивы человеческой воли (и каждого сотворенного разумного существа)
никогда не могут быть ничем другим, кроме морального закона; стало быть,
объективное основание определения, и только оно, всегда должно быть также и
субъективно достаточным определяющим основанием поступка, если этот
поступок должен соблюсти не только букву закона, но его дух (1).
А так как, следовательно, ради морального закона и для того, чтобы
предоставить ему возможность влиять на волю, нельзя искать никакой иной
мотив, при котором можно было бы обойтись без мотива морального закона,
потому что все это создавало бы только пустое лицемерие, и так как было бы
даже рискованно рядом с моральным законом допускать участие еще и других
мотивов (как, например, мотива выгоды), - то нам ничего не остается, как
только точно определить, каким образом моральный закон становится мотивом,
и если он мотив, то что происходит с человеческой способностью желания,
когда на нее оказывает воздействие это определяющее основание. В самом
деле, каким образом закон сам по себе может быть непосредственным
определяющим основанием воли (а ведь это и составляет суть всякой
моральности) - это проблема, неразрешимая для человеческого разума; это то
же, что вопрос о том, как возможна свободная воля. Следовательно, мы должны
a priori показать не то, на каком основании моральный закон имеет в себе
мотив, а то, как действует (лучше сказать, должен действовать) в душе
мотив, поскольку моральный закон сам есть мотив.
Суть всякого определения воли нравственным законом состоит в том, что она
как свободная воля определяется только законом, стало быть, не только без
участия чувственных побуждений, но даже с отказом от всяких таких
побуждений и с обузданием всех склонностей, поскольку они могли бы идти
вразрез с этим законом. В этом отношении, следовательно, действие
морального закона как мотива только негативно и как такой этот мотив может
быть познан a priori. В самом деле, всякая склонность и каждое чувственное
побуждение основываются на чувстве и негативное действие на чувство (путем
обуздания склонностей) само есть чувство. Следовательно, мы можем a priori
усмотреть, что моральный закон как определяющее основание воли ввиду того,
что он наносит ущерб всем нашим склонностям, должен породить чувство,
которое может быть названо страданием;
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64
научные статьи:   демократия и принципы Конституции в условиях перемен    чему должна учить школа    принципы для улучшения брака: 1 и 3 понравится женщинам, а 4 и 6 понравится мужчинам    реальная дружба - это взаимопомощь   

А - П

П - Я