Большая Экономическая Библиотека    Книга "Деньги"    Золото вместо денег    Авторам и читателям    Контакты
научные статьи:   этнические потенициалы русских, украинцев, американцев и др. народов мира    теория проихождения росов и русов    циклы и пути национализма, патриотизма и сепаратизма    государственные идеологии России, Украины, ЕС и США   
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

следовательно, мы
расширили наше познание за пределы этого чувственно воспринимаемого мира,
хотя критика чистого разума во всякой спекуляции объявила это притязание
недействительным. Но как сочетать здесь практическое применение чистого
разума с теоретическим его применением относительно определения границ его
способности?
Давид Юм, о котором можно сказать, что, собственно, он начал оспаривать
права чистого разума, что сделало необходимым полное исследование этого
разума, умозаключал так: понятие причины, есть понятие, которое содержит в
себе необходимость соединения существования различных [вещей], а именно
поскольку они различны, так что если дается А, то я знаю, что необходимо
должно существовать и нечто другое, В, совершенно от него отличное.
Необходимость же приписывается такому соединению только постольку,
поскольку она познается a priori, так как опыт дал бы возможность познавать
в этом соединении только то, что оно имеется, а не то, что оно таким
образом необходимо. Поэтому, говорит он, невозможно познать a priori и как
нечто необходимое соединение одной вещи с другой (или одного определения с
другим, совершенно от него отличным), если оно не дано в восприятии.
Следовательно, понятие причины само ложно и обманчиво, и, смягчая
выражение, можно сказать, что оно представляет собой обман, впрочем
простительный, поскольку привычка (субъективная необходимость) часто
воспринимать те или иные вещи или их определения существующими друг подле
друга и друг после друга как находящиеся в общении (sich beigesellt)
незаметно принимается за объективную необходимость полагать такое
соединение в самих предметах. Так понятие причины приобретается обманным
путем, а не правомерно; оно вообще никогда не может быть приобретено или
удостоверено, так как требует недействительного, химерического и никаким
разумом не поддерживаемого соединения, которому никогда не может
соответствовать какой-либо объект. - Так впервые в отношении всякого
познания, которое касается существования вещей (математика, следовательно,
осталась еще незатронутой), был установлен эмпиризм как единственный
источник принципов, а вместе с ним и самый упорный скептицизм, даже в
отношении всего естествознания (как философии). В самом деле, исходя из
таких основоположений, мы никогда не может заключать от данных определений
вещи по их существованию к следствию (так как для этого требовалось бы
понятие причины, содержащее в себе необходимость такого соединения) , мы
можем лишь по правилу воображения ожидать, как и прежде, подобных же
случаев, но это ожидание, как бы часто оно ни оправдывалось, никогда не
будет несомненным. Ведь ни о каком событии нельзя сказать, что этому
событию должно предшествовать нечто, за чем оно следовало бы необходимо, т.
е. что оно должно иметь причину, таким образом, если и знают много других
случаев, когда нечто подобное предшествовало этому событию, так что отсюда
можно было бы вывести правило, все же нельзя поэтому еще признавать, что
подобное происходит всегда и необходимо; тогда следовало бы признать, что
все происходит по слепому случаю, где прекращается всякое применение
разума, а это дает прочную основу скептицизму и делает его неопровержимым в
отношении выводов, восходящих от действий к причинам.
Математика пока была избавлена от скептицизма, так как Юм думал, что все ее
положения аналитические, т. е. идут от одного определения к другому в силу
тождества, стало быть, по закону противоречия (но это ложно: скорее, они
все синтетические положения и, хотя, например, геометрия имеет дело не с
существованием вещей, а только с их априорным определением в возможном
созерцании, все же она точно так же, как и посредством понятий причины,
переходит от определения А к совершенно отличному от него и тем не менее
необходимо связанному с ним определению В). Но в конце концов и эта наука,
столь прославляемая за свою аподиктическую достоверность, должна будет
покориться эмпиризму в основоположениях по той же причине, по которой Юм на
место объективной необходимости в понятии причины полагал привычку, и,
несмотря на всю свою гордость, должна будет смириться, чтобы умерить свои
смелые притязания, a priori требующие согласия, и ожидать одобрения за
общезначимость своих положений от благосклонности наблюдателей, которые,
как свидетели, не откажутся признать, что то, что геометр излагает как свои
основоположения, они всегда именно так и воспринимали; следовательно, хотя
это и не необходимо, все же дозволительно и впредь ожидать, что это будет
так. Так эмпиризм Юма в основоположениях неизбежно ведет и к скептицизму
даже в отношении математики, следовательно, во всяком научном теоретическом
применении разума (ведь такое применение имеет место или в философии, или в
математике). Но я хочу предоставить суждению каждого, лучше ли обстоит дело
с обыденным применением разума (при столь ужасной катастрофе, которая
разразилась над предводителями познания) и не подвергнется ли оно еще более
неотвратимо подобному же крушению всякого знания, стало быть, не должен ли
следовать из этих основоположений всеобщий скептицизм (который, конечно,
будет поражать только ученых)?
Что же касается разработки мною [этого ] в "Критике чистого разума",
поводом для которой послужило, правда, скептическое учение Юма, но которая
пошла гораздо дальше и охватила всю область чистого теоретического разума в
синтетическом применении, а стало быть и всю область того, что называют
метафизикой вообще, то я следующим образом отношусь к сомнению шотландского
философа, касающемуся понятия причинности. Юм был совершенно прав, когда
он, принимая (как это делается почти всегда) предметы опыта за вещи сами по
себе, считал понятие причины обманчивой и ложной иллюзией; в самом деле,
когда речь идет о вещах самих по себе и их определениях, как таковых,
нельзя постичь, каким образом оттого, что дано нечто А, необходимо должно
быть дано и нечто другое, В;
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64
научные статьи:   демократия и принципы Конституции в условиях перемен    чему должна учить школа    принципы для улучшения брака: 1 и 3 понравится женщинам, а 4 и 6 понравится мужчинам    реальная дружба - это взаимопомощь   

А - П

П - Я