Большая Экономическая Библиотека    Книга "Деньги"    Золото вместо денег    Авторам и читателям    Контакты
научные статьи:   этнические потенициалы русских, украинцев, американцев и др. народов мира    теория проихождения росов и русов    циклы и пути национализма, патриотизма и сепаратизма    государственные идеологии России, Украины, ЕС и США   
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

В каждом
наказании, как таковом, прежде всего должна быть справедливость, она-то и
составляет суть этого понятия. Хотя с наказанием может быть связана и
доброта, но достойный наказания не имеет ни малейшего основания
рассчитывать на нее после своего поведения. Следовательно наказание - это
физическое зло, которое, хотя бы оно как естественное следствие и не было
связано с чем-то морально злым, должно быть связываемо с ним как следствие
согласно принципам некоторого нравственного законодательства. Если всякое
преступление и в том случае, когда не имеются в виду физические следствия в
отношении виновника, само по себе наказуемо, т. е. лишает (по крайней мере
отчасти) счастья, то, очевидно, было бы нелепо сказать: преступление
состояло именно в том что виновник заслужил наказание, причинив ущерб
своему счастью (а это согласно принципу себялюбия, должно быть истинным
понятием всякого преступления). Наказание в таком случае было бы основанием
для того, чтобы нечто назвать преступлением, справедливость должна бы
состоять, скорее, в том, чтобы отказаться от всякой кары и предотвратить
даже естественное наказание; в самом деле, тоща в поступке не было бы
ничего дурного, так как зло которое иначе за ним бы следовало и из-за
которого, собственно, поступок и назывался бы дурным, теперь было бы
устранено. Но рассматривать всякое наказание и награду исключительно как
орудие в руках высшей силы, которое должно служить только для того, чтобы
этим побуждать разумные существа действовать ради их конечной цели
(счастья), - это слишком заметный и уничтожающий всякую свободу механизм их
воли, чтобы нам нужно было на нем останавливаться.
Еще более утонченно, хотя так же неверно, мнение тех, кто считает, что не
разум, а особое моральное чувство определяет моральный закон, в силу
которого сознание добродетели непосредственно связано с удовлетворенностью
и наслаждением, а сознание
порока - с душевным смятением и страданием, и таким образом все сводится к
желанию личного счастья. Не повторяя здесь того, что уже было сказано выше,
я хочу только указать на иллюзию, в которую при этом впадают. Для того
чтобы представить человека безнравственного так, будто он мучится
угрызениями совести от сознания своих проступков, мм уже заранее должны
представлять его по самой основе его характера, но крайней мере до
известной степени, морально добрым, точно так же как мы уже заранее должны
представлять добродетельным того, кого радует сознание поступков,
сообразных с долгом. Следовательно, понятие моральности и долга должно
предшествовать всяким соображениям по поводу такой удовлетворенности и
никак не может быть выведено из нее. Надо же заранее определить значение
того, что мы называем долгом, силу морального закона и непосредственную
ценность, которую каждому человеку в его собственных глазах дает соблюдение
этого закона, чтобы ощутить эту удовлетворенность в сознании сообразности
его [поступков] с долгом и горечь выговора, когда есть за что упрекать себя
в нарушении этого закона. Следовательно, такую удовлетворенность иди
душевный покой нельзя чувствовать до сознания обязательности и делать их
основанием ее. Надо по крайней мере быть уже наполовину честным человеком,
чтобы иметь хотя бы только представление об этих ощущениях. Впрочем, я
вовсе не отрицаю, что так как благодаря свободе человеческая воля
непосредственно определяема моральным законом, то и более частое исполнение
[его] соответственно этому определяющему основанию может в конце концов
субъективно породить чувство удовлетворенности собой. Скорее, это наша
обязанность вызывать и культивировать это чувство, которое, собственно,
одно только и заслуживает названия морального чувства; но из него нельзя
выводить понятие долга, иначе мы должны были бы мыслить себе чувство
закона, как такового, и делать предметом ощущения то, что можно мыслить
только разумом; а это, если бы оно не превратилось в плоское противоречие,
уничтожило бы всякое понятие долга и только заменило бы долг механической
игрой более тонких склонностей, вступающих иногда в столкновение с более
грубыми.
Если же мы наше высшее формальное основоположение чистого практического
разума (как автономии воли) сопоставляем со всеми прежними материальными
принципами нравственности, то мы можем представить на таблице все остальные
как такие, которые действительно исчерпывают и все другие возможные случаи,
за исключением одного только формального, и таким образом наглядно
показать, что было бы напрасно искать какой-либо другой принцип, кроме
изложенного здесь. - Все возможные основания определения волн бывают или
только субъективные и, следовательно, эмпирические, или объективные и
рациональные; но те и другие могут быть или внешними, или внутренними.
Практические материальные основания определения в принципе нравственности
суть:
субъективные:
внешние:
воспитания (по Монтеню)
гражданского устройства (по Мандевиллю)
внутренние:
физического чувства (по Эпикуру)
морального чувства (по Хатчисону)
объективные:
внутренние:
совершенства (по Вольфу и стоикам)
внешние: воли божьей (по Крузию и другим теологическим моралистам)
Все определяющие основания, указанные в верхней части таблицы, эмпирические
и, совершенно очевидно, непригодны в качестве общего принципа
нравственности. Но все определяющие основания, указанные в нижней части,
зиждутся на разуме (так как совершенство, представленное как свойство
вещей, и высшее совершенство, представленное в субстанции, т. е. бога,
следует мыслить только посредством понятий разума). Но первое понятие, а
именно понятие совершенства, можно брать или в теоретическом значении, и
тогда оно выражает только совершенство каждой вещи своего рода
(трансцендентальное), или совершенство вещи только как вещи вообще
(метафизическое), о чем здесь не может быть и речи.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64
научные статьи:   демократия и принципы Конституции в условиях перемен    чему должна учить школа    принципы для улучшения брака: 1 и 3 понравится женщинам, а 4 и 6 понравится мужчинам    реальная дружба - это взаимопомощь   

А - П

П - Я