Большая Экономическая Библиотека     Авторам и читателям    Контакты
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Павлов Олег

Конец Века


 

Тут выложен учебник Конец Века , который написал Павлов Олег.

Данная книга Конец Века относится к экономике и предназначена для обучения деньгам и денежным отношениям.

Книгу-учебник Конец Века - Павлов Олег можно читать онлайн или скачать бесплатно здесь, на этой странице, без регистрации и без СМС.

Размер архива с экономической книгой Конец Века: 10.46 KB

Конец Века - Павлов Олег - скачать бесплатно книгу



СОБОРНЫЙ РАССКАЗ
Тогда скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы не сделали
этого одному из сих меньших, то не сделали Мне.
Ев. от Матфея, гсгл. 25, ст. 45
Людей этих называют бомжами. Живут они воровством, попрошайничая, а
то и как зверье - на помойках, поедая отбросы, падаль... Все дело в том,
что у этих людей нет жилья. А раз нет жилья, то нет и прописки с паспор-
том. Если нет у тебя жилья да паспорта, то хоть умирай. Но сразу-то не
помрешь. И гонимый голодом, холодом, беспросветной угрозой побоев от ми-
лиции да и от всякого загулявшего молодца, ты и выживаешь, как можешь,
до самой смерти.
В советское время люди такого сорта запрятывались в тюрьмы, уголовные
и лечебно-трудовые, в психушки, что содержались худо-бедно государством,
и воздух городов был чист. Тогда местом их обитания, существования стали
добычливые северные края и дальневосточные порты, где было легче зате-
ряться, прокормиться. Их кормили шабашка, прииски, путина, шахты, куда
самых жизнестойких и крепких охотно нанимали местечковые хозяйственники
н без паспортов, но за меньшую плату. Вот как бывало, к примеру, в Мага-
дане: с вечера тебя напоят вусмерть, а наутро в море очухаешься, одура-
ченный, где уж принуждают работать на себя всю путину ушлые рыбаки. Но
кто бичевал в Магадане том, знать, давно померли. Давным-давно стало все
не так. Рыбы нет, говорят, да в морях пусто - дороговизна, ни души. Мо-
жет, сами те рыбаки, запродав в прошлой еще жизни харьковские да курские
ненужные им тогда квартирки, но в одну ночь дружно всенародно обнищав, а
за год свято поодиночке спившись, ловят пустыми черными ртами воздух,
будто вытащенные из воды рыбины, издыхают на московском тепловатом снеж-
ку, выпучивая немые глазища на ставших огромными пешеходов.
Рождество было или не Рождество, но праздник этот признавался как го-
сударственный, отмечался уже наравне с Новым годом, и могло иметь место,
что отмечали той ночью в горбольнице, точно теперь не скажешь, и Рож-
дество. Столпилось праздников, будто справляли старого года похороны. И
все дни густо валил снег, засыпая бездонную Москву. Было дремотно от
жгучих морозов, белым-бело, и долготу дня утопляли болотисто-морозные
белые ночи.
Больница не отдыхала, была двойная оплата труда, и всегда находились
люди, которых даже большинство, готовые запродать свой праздник за эти
праздничные: огромные, как чудилось, и валившиеся чуть не с неба деньги.
Кто мог радоваться - выпивал, успевая с душой и дружно только начать, но
вскорости, не ворочая языками, исходил тоской. Но не все же радовались.
Будто военнообязанные, пропадали в кабинетиках доктора, одиноко отбывая
круглые сутки дежурства. И простые смертные бабы да старухи, егорьевские
и куровские подмосковные, из санитарок, осилив работу, какую ни есть,
укладывались всех раньше дремать - хоть и не сомкнуть было глаз, как и
не срастись боком с неживой, для сидячих, кушеткой, покуда кругом мая-
лись спьяну и не хотели смирно лечь по местам. Скоропомощные будто и
отъездились, никакой тревоги. Полночь. И в приемном отделении больницы н
глухой покой.
Но вдруг, слышно, завернула и въехала с нытьем одинокая машина. Так
всегда и является эта "скорая" будто из-под земли. Баба не спит и гада-
ет: может, пронесло? Но дурной истошный звонок режет как по живому стены
и воздух. Дверь на запоре. Отпирать не идут. Ей и страшно, что отпирать
не идут, и надо все одно будет вставать, но лежит в потемках комнаты от-
дыха и, вся твердея со злости-то радуется: пускай охранники отпирают,
как положено, а то им праздник. Звонок уж по всей больнице неумолчно пи-
лит. Тут, слышно, выскочил от сестер, из шума пьяного да танцев, охран-
ник и побежал тяжело, будто шагая ударами. Стихло, и слышно, как трудит-
ся он в гулком предбаннике, отпирает. Раздались звонкие чужие голоса,
ругнулся натужно охранник. Привычная, баба чутко уловила, что пошагали в
сторону, поспешая за каталкой - значит, лежачего привезли, вот бы не бо-
рова, а то как ей потом будет одной, этих разве допросишься помочь. Наг-
рузили, вкатились обратно в приемник, но куда-то не туда, не в осмотро-
вый кабинет. Охраны уж больше: топчут, матерятся. И все звонче, до кри-
ка, сделались чужие голоса. Сколь же народу в приемном собралось, будто
и все повыскакивали, ну и собрание, ну и ругаются, какой такой вопрос? И
хоть страшней на душе, но дрожаще пытает бабу незнание: что у них стряс-
лось - может, не успели, не довезли, и не станет ей, грешной, работы
этой? Но голоса вмиг оборвались, и не слышно, что в приемном, будто все
вымерли, и чего-то не гремят, ребятушки, не запираются. Вдруг дыхнуло
горячо светом, вырос на пороге паренек ихний, из охраны, и гаркнул в
темноту комнаты, веселясь, пьяный: "Тонька, Тонька, с пра-а-аздничком!
Бомжа-а-а привезли! Сказали, на обработку его, эта, знач ты его будешь
обт...трабатыать!"
Когда молоденькая растрепанная врачиха, ни упрека не произнеся, хоть
и поморозили, влетела воробышком в приемное и потребовала у охранников
каталку, то никто не подумал расспрашивать, кого доставили, и выдали ей
каталку, подчинившись ни с того ни с сего, хоть могли и послать,н охрана
отродясь чужакам не подмахивала. И шибануло всей вонью земной. Втащили
его на каталке, задраенного в полиэтилен, так что из того полиэтиленово-
го мешка, стеклянистого на вид, торчала одна грязно-каменная ступня. Кто
был, хоть и пьяные, разбежались от удушья и от испуга. "Быстро, мальчи-
ки, родненькие, куда его? Надо закрывать больницу на санобработку - тут
и вошь платяная, и чесотка!" Но никто не двинулся им помогать. Девчушка
и мужик, водитель "скорой", застряли в проходе, давясь от вони и боясь
сами мешка, который сотрясался навзрыд звериным, будто рев, хрипом. Ох-
рана, услышав про чесотку, уж не зевала - и кинулись перекрывать выход,
чтобы скоропомощные теперь не сбежали, бросив мешок. "Да вы что, ребята,
что вы делаете?!" н вскричала девчушка, понимая, что происходит, и ста-
новясь вдруг от навернувшихся жалких слезок пылающе живой и красивой.
"Не выпустим, пускай сначала врач осмотрит, а то и назад поедете. Не,
ты гляди, Вань, на эту снегурочку, еще орет! Не нравится ей, тогда про-
валивай, нужны нам такие подарки!" "Суки вы, вон морды нажрали, ребята в
Чечне погибают, а вы подъедаетесь на больничных харчах!" - ожил крикли-
во, вступаясь за свою врачиху, пожилой водитель, у которого из-под кро-
личьей драной шапки торчали грязные волосья, похожие на петушиный масле-
ный загривок...
Стали орать, ненавидя друг дружку. Дежурный доктор, которого вызвали
в приемное, не спешил. Когда же он явился, охрана тихонько посторони-
лась, будто выстроилась в рядок, так как все были виноватые и пьяные.
Доктор даже не подошел к хрипящему мешку, чтобы осмотреть. Глядя брезг-
ливо на девчушку, он выслушивал долго ее показания, придираясь и переби-
вая, а то и грозя, что куда-то будет звонить и докладывать. Выяснилось,
что привезли его с Лужников, где "скорую" вызвала сама рыночная охрана,
на что больничные заржали, зная понаслышке, какие в Лужниках порядки. "С
чем вы его сдаете?" н в какой раз требовал доктор повторить. "Обмороже-
ние",н твердила девчушка, прячась от его взгляда. Все стояли подальше от
каталки, которую не руками н сапогами охранники забили в угол и глазели.
"Какое обморожение, девушка, конечностей или трупа?" "Прекратите, он ды-
шит, он живой..." "Хорошо, но вы говорите про множественные ушибы лица,
а если есть и черепная травма - что прикажете с ним делать? Вы отдаете
себе отчет, девушка, что у нас другой профиль?" "Да это лужниковские не-
бось доигрались, а как страшно стало, что убили, вызвали "скорую", чтобы
поскорей его сбагрить. Вот и обморожение, а эта дурочка поверила!" - не
утерпел, высказал охранник. Вплыла тут в приемное, зевая, тощая меди-
цинская сестра, которая обиделась на всех и плаксиво гундосила: "А поче-
му к нам всех этих бомжей везут, я не знаю. Зачем тут охрана, ну зачем
этих бомжей впускают? Сегодня праздник, девушка, понимаете, а вы его
портите, я не знаю".
"Хорошо, давайте по-хорошему... Я подписываю наряд, и езжайте на все
четыре стороны, но этого, не сочтите за труд, подбросьте куда-нибудь до
Бережковской набережной, и будем считать вопрос исчерпанным". "Нет, я
отказываюсь, это же человек!" "Человек?!" "Что-о, челове-е-ек?" "Не,
глянь, а нас за людей не считает!" "Девушка, я не знаю, да вы сами не
человек!" "Какой такой человек, что это за разговоры, да кто вы такая?!
Охрана! Охрана!" "Человек, а ты говно его нюхала, этого человека? Нра-
вится, тогда и бери себе!"
Вдруг уничтожилось, остановилось глухо время, пожрала воздух удушли-
вая, воняющая одним мешком пустота. Все кончилось, и нечего было кри-
чать. Доктор ходил еще звонить на станцию, требовать, но ничего не до-
бился и скоро прибежал, серьезный и чужой, прокричав, чтобы бригаду от-
пускали.
Каталку затащили на санобработку в подсобную комнатушку, где торчало
только корыто ванны и все было обложено до потолка скользким кафелем.
Девчушка исчезла, но бродил по приемному водитель, будто потерянный,
выпрашивая под конец униженно у охранников какой-нибудь растворчик от
вшей, чтобы побрызгать в кузове. Охранники его не замечали, даже не от-
вечали, молча опять пьянея, шатаясь по приемному без дела. От нечего де-
лать подняли на ноги санитарку и загуляли.
Так мешок пролежал еще час на санобработке - баба побоялась, что ни-
кого в приемном нет и что указаний никаких от докторов не поступало, и
потому спряталась в комнате отдыха, сидя на кушетке без сна. Приемное
потихоньку заванивало. В часу втором привезли на "скорой" больного с ап-
пендицитом, и доктор, выйдя на осмотр и обнаружив вонь, сказал, чтобы
охрана что-то сделала,н довольно уж тот побыл в тепле, пора и честь
знать. Охранники, которым не хотелось возиться, поступили так, как выку-
ривали порой и отсыпающихся пьяных,н настежь распахнули окна. Мешок все
хрипел. Мороз сковал комнатку, и сколько-то прошло времени, даже мешок
тот из полиэтилена, чудилось, оледенел. Доктор звонил, проверяя, но об-
наружилось, что мешок все еще присутствует в больнице и сам от холода не
ушел. Мороз-то ихнему брату что кожа, и доктор всерьез распорядился,
чтоб охрана прекратила пьянствовать и подняла его, и вытолкала прочь.
Охранники не держались, только одного стоячего, полутрезвого и отыскали,
передав распоряжение дежурного: что больной отказался от больницы, что
больной встал и пошагал домой - отказался, ушел, сбежал. Возни с этим
гражданином никому не хотелось, так что ничего не осталось пареньку, как
собой рисковать.
Охрана тут крепко боялась вшей, случаи были, когда вши на охранников
перебегали, и только страх, что пьянствовали, толкнул паренька все ис-
полнять. Боясь притронуться к заразному мешку, сам не дыша от натекшего
в санобработку холода, он взял швабру и орудуя ею, как палкой, как пи-
кой, принялся его колоть да выколачивать, чтобы встал. Мешок хрипел чуть
сильней от тычков и ударов, и нога, которая торчала, мучительно ползла и
свешивалась с каталки, но стоило пареньку отдохнуть - уползала опять,
будто на пружинке. Тогда свалил паренек мешок с каталки на пол и стал
пинать сапогами, чтобы он полз, но скоро понял охранник, что это не вы-
ход и что до двери-то, может, его и добьет, зато кто ж его будет застав-
лять ползти дальше. Санитарка, которая слышала всю эту возню в санобра-
ботке, побоялась, что паренек так и убьет его нечаянно, раз ничего не
получается, и, стараясь больше ради того паренька, пришла на помощь:
уговорила, чтоб не вытряхивал вшей, и дала ему хлорки, только б не бил.
А тому пришло в голову развести в банке хлорку и полить его, будто наша-
тырем. Бомжара захлебывался, мычал, дергался, но не вставал - и тогда
паренек сдался. Несчастный охранник, боясь, что по нему уже ползают вши,
стал плакаться бабе, что не может вынести эту работу и, обретя откуда-то
бесстрашный дух, пошагал звонить доктору, докладывая: что ничего с ним
сделать нельзя, что он никак не встает и, может, даже скоро помрет. Док-
тор дал совет пареньку будить своих и увозить его подальше от больницы,
на каталке, и скинуть в сугроб. Но паренек сказал о вшах, чесотке и от-
казался наотрез. И доктор, сам уже понимая, что придется принять, ска-
зал, чтоб его отдали обрабатывать санитарке и что спустится, когда вымо-
ют, на осмотр. После этих слов прошло еще время, потому как, убедившись,
что он полуживой, ждали просто его смерти. Чтобы даром не возиться. И
баба, санитарка, убежденная охранником, все откладывала да ждала - того
же охранника, чтобы ей помог. Потом она устала ждать и одна начала его
обрабатывать, чем могла оберегаясь: волосы спрятала в косынку, натянула
резиновые перчатки, халатец второй драный и соорудила на рот повязку.
Было ей не страшно, только боялась, что застудится. "Лежишь вот, за-
раза ты, квартиру продал и лежишь",н пыхтела Антонина, не зная, с какого
боку к нему подойти. Сухонькая, почти костлявая, она отволокла мешок
ближе к ванне, удивившись, до чего легок, будто пухом набит. Вони она не
слышала. Жалко ей было портить такую большую пленку, подумала - может,
сгодится, если потихоньку ее от него высвободить, а потом отмыть. Надо
ж, снабжают их, скоропомощных, такой пленкой, не жалко для бомжей. Но,
вспомнив про чесотку, решила уж без жалости резать, так и легче; надо ей
собой рисковать, заразу в дом нести! Одежды до того были на нем гнилые,
что и сами распадались, вшивые.
Избавившись с трудом от гнилья, Антонина облила ему растворчиком в
паху, тощую бороденку и голову, уничтожая вшей. Должно было обождать ми-
нут пять, чтобы жидкость подействовала. Он лежал голый на кафельном, за-
литом и хлоркой, и ядом полу, и его надо было еще остричь, а потом уж
класть в ванну. Вода, которую пустила баба, как на морозе, дышала паром,
но Антонина отчего-то переживала и ругалась, будто ее обманывали, и
лился кипяток вместо горячей. Потом стригла голову, выбрасывая трав-
леные космы волос в ведро. Ножницы были тупые, здешние, и она материла
уже эти ножницы, похожие на плоскогубцы. Тот покойно и теплей похрипывал
- может, испытывая небесную легкость, что вши исчезли. Баба думала легко
его поднять, но вдруг надорвалась - он будто и тяжелей сделался без по-
лиэтилена, без гнилых своих одежд, без волос и вшей, так что Антонина
отчаялась.
Нет у нее сил тащить этот груз в ванну. Потопталась. Решилась было
уйти и звать охрану, пускай тащут. Но знала же она, что не станут и луч-
ше спрячутся, бросят его, а он-то на полу лежит. Жалко, что на полу.
Нельзя так. Да и доктор, может, ругаться будет, что бросили. "Тьфу ты,
да не надорвусь, легкий же он, откуда в нем весу взяться, а я дура! Ну,
давай, чего развалился, мне, что ль, зубами тебя тащить? Вставай на но-
ги, хоть упрись, слышь, а то брошу. Понарожали вас, толку-то, только
знаете, что жрать да пить. А ну, упрись, сказала, давай, что я, одна
надрываться буду, что мне, делов других нету!" Взвалила его, тужась из
последних сил, на живот. "Ногу затаскивай!" - кричит, и тут почудилось
ей, что стало от крика и легче. И он-то захрипел, захрипел - и перетащил
ногу одну, трясущуюся и скрюченную, в корыто. "Другую давай, я ж держу,
вон водичка горячая, ну ты упрись, не жалей-то себя, рано еще".

Конец Века - Павлов Олег -> читать книгу онлайн далее


Публикация отзывов к книге Конец Века на нашем сайте не предусмотрен.
Полагаем, что книга Конец Века автора Павлов Олег придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Конец Века своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Павлов Олег - Конец Века.
Возможно, что после прочтения книги Конец Века вы захотите почитать и другие книги Павлов Олег. Для этого зайдите сюда, на страницу писателя Павлов Олег - может быть, там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Конец Века, то воспользуйтесь поисковой системой в Интернете.
Биографии автора Павлов Олег, написавшего книгу Конец Века, на данном сайте пока что нет.
Ключевые слова страницы: Конец Века; Павлов Олег, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно

А - П

П - Я